Сентябрь 1941 года в Ленинграде пахнет дымом и страхом. Город уже окружён, но люди ещё верят, что смогут уйти по воде. Среди тысяч беженцев на пристань приходят Костя Горелов и Настя Ткачёва. Им чуть за двадцать, они только-только поняли, что любят друг друга, и теперь эта любовь стала единственным тёплым местом в ледяном мире.
Их ставят на старую баржу под номером 752. Судно забито до отказа: женщины с детьми, старики, раненые солдаты, ящики с заводским оборудованием. Места нет даже присесть. Костя держит Настю за руку и шепчет, что всё будет хорошо, хотя сам почти не верит в эти слова. Баржа отчаливает ночью, чтобы немцы не заметили.
Ладога встречает их сразу злым ветром. Сначала просто качает, потом начинается настоящий шторм. Волны перехлёстывают через борта, вода заливает трюмы. Люди кричат, молятся, кто-то уже не встаёт. Команда пытается откачивать воду вёдрами, но это всё равно что вычерпывать озеро ложкой.
К утру баржа даёт сильный крен. Кто-то ломает дверь в машинное отделение, надеясь найти спасательные жилеты, но там только уголь и ржавчина. Костя с товарищами помогает женщинам и детям подняться на палубу. Настя цепляется за него, её лицо белее снега. В этот момент они оба понимают, что могут не увидеться больше никогда.
И тут над водой появляется гул моторов. Все поднимают головы, думая, что это наши. Но это «юнкерсы». Самолёты заходят низко, почти касаясь гребней волн. Первый взрыв приходится рядом с носом баржи. Осколки летят во все стороны. Люди падают в воду, кто-то пытается плыть, но холодная Ладога забирает их за минуты.
Костя тащит Настю к борту, ищет хоть что-то, за что можно держаться. Находят пустой ящик из-под снарядов. Цепляются за него вдвоём. Баржа тонет медленно, как будто не хочет отпускать людей. Вокруг плавают чемоданы, детские башмачки, фотографии.
Последнее, что видит Костя, это как Настя пытается улыбнуться ему сквозь слёзы и кровь на губах. Потом волна накрывает их с головой.
Из почти двух с половиной тысяч человек, что были на барже, спасутся меньше двухсот. Костю и Настю найдут через двое суток на берегу, крепко обнявшихся за тот самый ящик. Оба живы. Её обморозленные пальцы так и не разожмутся от его куртки.
Они вернутся в Ленинград пешком, через леса и болота, потому что другого пути уже не будет. И всю блокаду будут носить в себе эту ночь на Ладоге, когда любовь оказалась сильнее шторма, бомб и смерти.
Читать далее...
Всего отзывов
6